заедете в магазин, если надо.
— Хорошо, Юто-сан, — сдался под моим напором экзорцист. — Помогу вашему клану.
— Ур-ра! Хозяин-сама! Как в старые времена! Только мы вдвоем!
— Гинко, отстань!
— Да, простите… — на удивление волчица сразу послушалась, и отступилась от объекта обожания. Похоже, что наконец взялась за ум.
Где-то через полчаса после ухода оками с охотником позвонил Конугахато-сан из игровой компании Тибы. Руководство дало зеленый свет. Еще бы не дало, с такими деньжищами. Проклятый комп будет у меня пахать 48 часов в сутки, отрабатывая потраченное. Мы обговорили некоторые нюансы. Мужчина обещал, что в ближайшие дни экспонат привезут в Такамию, там же в банке пройдет перевод средств. Я сразу ознакомил Айю с данным делом. Не пристало главе клана мотаться по пустякам.
Оками Гинко изо всех сил старалась вести себя прилично, не прыгать от радости и не докучать хозяину, но получалось плохо. За годы запах Шидо изменился, но волчица уже успела привыкнуть, только от табака нос чесался. Изменился и характер охотника: заматерел, огрубел, но не растерял азарт охоты. Теперь хозяин-сама не выглядел глупым щенком, а уже походил на вожака стаи. Вот и сейчас он сразу взял командование в свои руки. Довез на машине до мест пропажи ребенка, добыл образцы одежды, которые Гинко сразу изучила. И они вдвоем углубились в лес на востоке от особняка Амакавы. Если бы не мерзкий запах, пропитавший все вокруг, можно было бы расслабиться и получать удовольствие. Понятно, почему домашние собачонки тряслись от страха: в лесу поселились сильные инугами, собачьи аякаси. На этот раз Гинко попросила хозяина не смотреть, и трансформировалась за деревом, предварительно раздевшись. Все-таки, в истинной волчьей форме чувства более обострены, и запах взять намного легче.
Азуми сильно устала и только к полудню достаточно согрелась после ночевки под открытым небом. Хотелось есть, пить и домой. В последние несколько минут девочка со страхом оглядывалась по сторонам, в каждом кусте ей чудились наблюдающие за ней глаза.
И это было отчасти правда. Из зарослей за человеческим детенышем следила шайка из пяти звериных инугами, не имевших человеческого облика. Они походили на крупных диких собак, а две особи напоминали полуволков. В отличие от исконных лесных жителей, ину предпочитали держаться человеческих селений, промышляли на помойках и редко собирались в крупные стаи. Несмотря на крошечный разум, аякаси могли общаться между собой на простые темы. И сейчас между ними в который раз происходил разговор примерно такого плана:
— Сожр-рем детеныша!
— Но охотник света живет р-рядом…
— Плевать! Мясо!
— Бакэнэко нас найдет.
— Мы успеем уйти! Охотник света и его р-ручная кошка не найдут нас!
Через некоторое время желающим полакомиться удалось уговорить остальных, и шайка стала осторожно приближаться к жертве. Азуми неким шестым чувством ощутила опасность, еще не видя ину, и бросилась бежать сломя голову. Догнать для собачьих аякаси бегущего по лесу ребенка не составляло никаких проблем, но они решили поиграть с добычей. Они окружали девочку, рычали и лаяли, вынуждая ту бежать в другую сторону. Азуми, сама того не понимая, успела нарезать несколько кругов по лесу. Вот, одна вырвавшаяся вперед псина ударила девочку лапами по спине, прочертив кровавые борозды и изодрав кофту. Азуми громко закричала и упала на землю. Сил у бедной девочки никаких не осталось, и она сжалась в комочек, стараясь стать как можно меньше. Пасти тварей кусали Азуми за руки и ноги, играя с беззащитной жертвой.
Неожиданно звери прекратили нападать и затихли. А откуда-то со стороны раздался низкий звериный рык. Сделав усилие, девочка разлепила глаза и сквозь застилавшие слезы увидела неподалеку большого серого волка. Последняя надежда покинула Азуми. Теперь ей точно конец.
— Вы что, твар-ри безмозглые, совсем стр-рах потер-ряли?! Нападать на людей на землях Юто-сама!! — рыкнула Гинко на своем языке.
— Отвали, падаль. Это наша добыча.
Ину были слишком разгорячены погоней, и не могли мыслить адекватно. Впрочем, их обычное состояние трудно было назвать адекватным.
— Нас больше! Покажем суке, кто здесь хозяин!
Вокруг Азуми разверзлась настоящая звериная битва. Клочками летела шерсть, раздавался злобный рык и жалостливый визг раненых. Девочка из последних сил забралась на невысокую ветвь дерева и стала со страхом наблюдать за схваткой. Почему-то она принялась всей душой болеть за волка, хотя он был также страшный. Наверное, ей стало жалко его, потому что серый был один против пятерых. Сражался он как настоящий лев! Трое противников еле шевелясь лежали на земле, но и сам волк покрылся многочисленными ранами, шкура вся окрасилась красным, а переднюю лапу он подволакивал. Оставшаяся двойка подбиралась с разных сторон, намереваясь добить серого хищника, но вдруг из кустов раздался странный звук, что-то быстро промелькнуло, а один из зверей окутался ярким пламенем. Противный запах паленой шерсти заполонил нос. Последний зверь бросился наутек.
Из зарослей вышел высокий мужчина, и громко обратился к волку:
— Гинко, ты как?!
Девочке показалось, что ему кто-то ответил, но говорившего было не видно. Вскоре волк привел мужчину к убежищу Азуми, девочка спрыгнула в протянутые руки, крепко обхватила спасителя и громко разревелась.
Пока ее несли по лесу, Азуми успела задремать, так что стиснувшая ее в объятиях родная мать вызвала толику раздражения. Вокруг носились незнакомые люди, полицейские с собаками, медики сразу взялись обрабатывать многочисленные раны и царапины. Хотели уже уложить на носилки, как Азуми резко оттолкнула врачей и завопила:
— Дяденька! Дяденька с волком!
— Я здесь, что такое? — подошел спаситель с хромающим напарником.
— С ним все будет в порядке?
— Думаю, да. Это она, а не он.
Азуми решительно отстранилась от липнущей матери с отцом, подошла к серому зверю и обняла за шею. Тот негромко зарычал.
— Ой, прости, ты ведь ранена. Спасибо тебе большое! Ты… ты самая крутая оками, что я видела!
На миг девочке показалась, что волчица ей что-то ответила, а потом шершавый язык лизнул ее в нос. Медики уложили девочку на носилки, и у той уже не осталось никаких сил сопротивляться.
Именно в этот момент Тсучимикадо Шидо понял, что даже если ему сам глава клана прикажет напасть на оками, он просто не сможет этого сделать. Аура волчьей аякаси уже совсем не пугала, а стала словно родной. Да, рядом с ним стояла Гинко, его любимый питомец.
Узнав подробности произошедшего, мне оставалось только досадовать на собственную самоуверенность и забывчивость. Меня ведь предупреждали про инугами и цутигумо, собачьих и паучьих аякаси, шляющихся по округе. Поэтому на следующий день рано с утра я запланировал рейд по окрестностям Ноихары,
